Дрон сбросил мину в окоп. Истекал кровью. Не верил, что мы выберемся, – история баристы, ставшего спецназовцем

Защитник ждал эвакуации долгих девять часов

"Я очень боялся, какой будет моя жизнь без ног. И знаете, она прекрасна", — напишет о себе в соцсетях 29-летний ветеран из Вышгорода Дмитрий "Флэт" Быховченко. Это сейчас защитник, который после тяжелого ранения и ампутации передвигается на кресле колесном, обрел радость жизни: управляет автомобилем, занимается спортом, заботится о семье. А тогда, в октябре 2023 года, когда лежал в окопе под Авдеевкой, истекая кровью, думал, что не выживет. Свою историю воин рассказал "Телеграфу".

"Сначала я испугался, как маленький мальчик"

До начала полномасштабного вторжения Дмитрий Быховченко работал баристой в одном из столичных кафе. Мужчина признается – в той "прошлой" жизни даже не думал, что в Украину ворвется "большая" война.

– Я как раз был из тех людей, кто был уверен, что ничего не будет. Ну мы же живем в современном мире, обо всем можно договориться, уже никто не стреляет и нет в этом нужды. Ну, какая может быть война? – говорит ветеран.

В ночь на 24 февраля 2022 года Дмитрий вместе с женой не спал. Но не от паники, а приятного волнения, ведь в этот день планировал купить новый автомобиль.

– А утром было уже не до этого. Со всех сторон звонили, вокруг взрывы… началась война, – вспоминает защитник.

Тогда Дмитрий решил мобилизоваться. Но это оказалось не просто.

– Сначала я как маленький мальчик испугался и сидел дома. Но потом я все-таки пошел в военкомат. Но мне там отказали, поскольку боевого опыта у меня не было, поэтому сказали, что я не нужен, – рассказывает собеседник.

Дмитрий обратился в другой военкомат, однако и там история повторилась – отказ. Но сидеть без дела при наступлении врага на Киев и область он не мог. Вместе с друзьями мужчина решил помочь военным: ездил по кофейням, собирал продукты и отдавал на блокпосты.

– Нас очень благодарили и мы поняли, что это нужно, поэтому мы открыли "банки", начали собирать деньги и закупали на них еду, сигареты, все необходимое и развозили по блокпостам, – говорит ветеран.

Когда же оккупанты убежали с Киевской области, Дмитрий вернулся на работу в кафе, но мысль о войске не покидала его.

– В кафе постоянно заходили военные и я всех спрашивал, к кому я мог бы присоединиться. Все отказывали, мол, война это не так, как показывают в новостях. Но один из них сказал, что если я уверен в своих словах, а не просто спрашиваю ради разговоров, то можно прийти на три дня на курс молодого бойца. Если выдержу, могу остаться, – отмечает воин.

Дмитрий попал на КМБ в спецподразделение ГУР "Стугна". Мужчина признается, что было тяжело, и хотя физически он справился с учебой не идеально, его дух был на высоте, что заметили инструкторы. Поэтому ветеран уволился с работы и в 2023 году подписал контракт.

– Я – мужчина и это был мой долг. К срочной службе я плохо относился, не хотел служить. Но когда в стране война, это уже не вопрос можешь или не можешь. Это то, зачем ты нужен. Самой болезненной точкой стала такая история: у меня есть знакомый из моего города, он гораздо младше меня, но с самого начала "полномасштабки" пошел в Третью штурмовую и до сих пор там. Он жизни не видел, ребенок, а уже на войне. И благодаря ему я мог спокойно пить кофе. А я большой крепкий мужчина и буду радоваться, что маленький паренек меня защищает? Это было очень болезненно для меня, – рассказывает защитник о своей мотивации мобилизоваться.

"Нас крыли со всех сторон"

В армии Дмитрий получил позывной "Флэт", потому что в тот день, когда знакомый военный рассказал ему о КМБ в "Стугне", они пили кофе флэт-вайт. Но, к сожалению, боевой путь защитника оказался недолгим. Военный принимал участие в спецоперации, которая выполнялась в Крыму, а затем отправился на Донбасс в Авдеевку. В своем первом же боевом выходе ветеран получил тяжелое ранение.

– В Авдеевке у нас была операция по спасению парней из РДК, попавших в окружение. У нас была задача высадиться из Bradley (боевая машина пехоты, – ред. ) дойти до окопов, забрать ребят и эвакуироваться, – рассказывает подробности мужчина.

Но подразделение Дмитрия уже ждали в засаде оккупанты.

– Сначала было тихо. Даже слишком тихо. Но только мы дошли до ребят из РДК, сразу же начался артобстрел и нас начали крыть со всех сторон со всего, из чего только можно. Завязался стрелковый бой, русские побежали внаглую, поверх окопов прямо на нас, – вспоминает собеседник.

Застигнутые врасплох, украинские военные не успели следить за небом.

– И дрон прямо в окоп, где находился я с побратимом, скинул нам под ноги мину. Она перебила мне ноги, а побратиму руку. Меня затащили в блиндаж. Я не мог поднять голову и посмотреть, что с ногами, но медик сказал, что ноги мне уже не спасти, – говорит ветеран.

Около девяти (!) часов Дмитрий провел в блиндаже на турникетах, истекая кровью. Эвакуировать его не было возможности.

– За нами выезжали Bradley но по ним очень активно работали. К нам в блиндаж стали долетать даже гранаты. Я лежал и, честно говоря, уже не верил, что я оттуда выберусь. Перебитые ноги, вытекает кровь и чем дольше я лежу, тем меньше шансов выжить. Плюс нас очень активно штурмовали и я понимал, что если кто-то сейчас спрыгнет в окоп, то на этом для меня все и закончится. Я не верил вообще, что мы оттуда выберемся, – говорит мужчина.

Но к счастью одна БМП все же смогла добраться в тысяче метров от блиндажа, где находился Дмитрий, но этот километр до автомобиля побратимам пришлось тянуть ветерана по земле. Когда раненый мужчина уже увидел эвакуационную машину, произошел новый прилет и обломки попали воину в живот.

– Но ребят это не остановило. Они схватили меня, забросили в Bradley и увезли на стабпункт, – рассказал военный.

"Я решил жить сразу"

Со стабилизационного пункта Дмитрия перевезли в госпиталь, где врачи провели ему высокую ампутацию ног. А дальше на вертолете ветерана эвакуировали в столицу, чтобы спасти жизнь.

После этого последовал период под постоянной анестезией и военный признается – мало что помнит с тех дней. Но когда он наконец пришел в себя, увидел вокруг себя друзей, близких и жену и смог оценить свое состояние, то не отчаялся.

– Они все в большинстве своем плакали, грустили. И на этом фоне, что им было так тяжело, я считал, что мне нужно быть сильным. Ну, если я буду сидеть плакать, то ничего хорошего из этого не выйдет. И я принял это как свою новую миссию: успокаивать тех, кто приходит ко мне поплакать из-за того, что мне больно. Тем более, я остался жив! Ну нет ног и нет, но жив, – отмечает Дмитрий.

Впрочем, ветеран признается, что если бы до ранения ему сказали, что у него не будет ног, он не захотел бы так жить.

– До ранения я считал, что если я получу травму и у меня будет инвалидность, то уж лучше умереть, чем жить неполноценно. Любил покричать, что умереть в 27, как Курт Кобейн это круто, рок-н-ролл и все такое. А получилось так, что свои 27 лет я встретил в реанимации и очень много думал над своими предыдущими словами, – размышляет воин.

Более четырех месяцев после ранения Дмитрий провел в больнице. Он научился сидеть в кресле колесном и так передвигаться. Далее ветерану выписали направление в протезный центр во Львове, однако врачи сообщили военному, что с столь высокой ампутацией просто невозможно установить протезы.

– И больше в больницы я не возвращался. Я сразу принял для себя тот факт, что я пользователь кресла колесного и лучше мне потратить время на адаптацию к нему, чтобы я мог все абсолютно делать сам, чем жить надеждой, что мне поставят ноги и вот тогда я заживу. Нет. Я решил жить сразу. Возможно, в будущем, с развитием технологий у меня и будут протезы, но сейчас я пользуюсь креслом колесным, – рассказывает военный.

Дмитрий уверяет, что на кресле колесном он стал супермобильным: водит автомобиль, справляется с домашними делами, активно занимается спортом и держит себя в тонусе.

– В начале, когда адаптировался к жизни без ног, я даже хотел вернуться на службу. Хотел быть водителем скорой помощи. Загорелся этим. Но потом я понял, что это вопрос безопасности. Если на пути случается опасная ситуация, то ребятам придется не просто выбежать из автомобиля, а еще и думать о том, как спасти меня. Это было бы очень эгоистично с моей стороны, – говорит ветеран.

Благотворители подарили Дмитрию дом в Киевской области, где он сейчас и проживает вместе с женой. Новой мечтой мужчины стало желание путешествовать и познать мир.

Мужчина верит в победу и не отчаивается.

– В армии есть такое выражение – "на характере". То есть, даже если нет возможности что-то сделать, надо делать это на характере. Так и выходит. Ребята сидят месяцами в окопах, возвращаются, на них смотришь и понимаешь, что они физически и морально устали, но они говорят: "Видели как я могу? Значит, и вы сможете". И благодаря этому "на характере" мы все сможем, – резюмировал Дмитрий Быховченко.

Украинцы с инвалидностью могут получить помощь на сайте организации EnableMe Ukraine . Задать вопрос эксперту и получить бесплатную помощь можно в сообществе EnableMe.